Про основные сюжеты в детективах:
1. Каминный детектив.
Это самый традиционный тип детективной истории, в котором произошло убийство и имеется узкий круг подозреваемых. Доподлинно известно, что один из подозреваемых и есть убийца. Сыщик должен вычислить преступника.
Примеры: многочисленные рассказы Гофмана и Э.А. По.
2. Усложненный каминный детектив.
Вариация предыдущей схемы, где так же имеет место загадочное убийство, очерчивается ограниченный круг подозреваемых, но убийцей оказывается кто-то сторонний и обычно совсем незаметный (садовник, слуга или дворецкий). Словом, второстепенный персонаж, на которого мы и не могли подумать.
3. Самоубийство. (ОСУЖДАЮ)
Вводные те же. На протяжении всего повествования сыщик, подозревая всех и вся, безрезультатно ищет убийцу, а в финале неожиданно выясняется, что жертва просто свела счеты с жизнью, убила сама себя.
Пример: Агата Кристи «Десять негритят».
4. Групповое убийство.
Сыщик, как и всегда, наметил круг подозреваемых и пытается вычислить преступника. Но в числе подозреваемых нет одного убийцы, потому что жертву убили все, совместными усилиями.
Пример: Агата Кристи «Убийство в «Восточном экспрессе».
5. Живой труп.
Произошло убийство. Все ищут преступника, но оказывается, что убийство так и не состоялось, а жертва жива.
Пример: Набоков «Подлинная жизнь Себастьяна Найта».
6. Убил сыщик.
Преступление совершает сам следователь или детектив. Возможно, по соображениям справедливости, а может быть, потому что он – маньяк. Между прочим, нарушает заповедь №7 из знаменитых 10 детективных заповедей Рональда Нокса.
Примеры: Агата Кристи «Мышеловка», «Занавес».
7. Убил автор.
Вводные практически ничем не отличаются от вышеназванных вариаций, однако схема подразумевает, чтобы главный герой был самим автором повествования. А в финале неожиданно выяснится, что он-то и убил несчастную жертву. Эта схема, примененная Агатой Кристи в «Убийстве Роджера Экройда», поначалу вызвала настоящий гнев критиков, т.к. нарушала первую и главную из 10 детективных заповедей Рональда Нокса: «Преступником должен быть кто-то, упомянутый в начале романа, но им не должен оказаться человек, за ходом мыслей которого читателю было позволено следить». Однако впоследствии прием был назван новаторским, а роман признан настоящим шедевром жанра.
Примеры: А.П. Чехов «На охоте», Агата Кристи «Убийство Роджера Экройда».
Дополнение.
В качестве бонуса приведу еще три дополнительные оригинальные схемы, употреблявшиеся считанное число раз, но наглядно расширяющие приведенную классификацию:
8. Мистический дух.
Введение в повествование некой иррациональной мистической силы (мстительного духа), которая, вселяясь в персонажей, совершает убийства их руками. В моем понимании, такое нововведение уводит историю в смежную область фантастического (или мистического) детектива.
Пример: А. Синявский «Любимов».
9. Убил читатель.
Пожалуй, самая сложная и каверзная из возможных схем, в которой писатель стремится выстроить повествование так, чтобы в финале читатель с удивлением обнаружил, что именно он совершил загадочное преступление.
Примеры: Дж. Пристли «Инспектор Гули», Кобо Абэ «Призраки среди нас».
10. Детектив Достоевского.
Феномен романа Достоевского «Преступление и наказание», который, несомненно, имеет детективную основу, заключается в разрушении традиционной схемы детектива. Мы уже заранее знаем ответы на все вопросы: кого убили, как и когда, имя убийцы и даже его мотивы. А вот дальше автор ведет нас темными, нехожеными лабиринтами осознания и осмысления последствий содеянного. И это то, к чему мы не привыкли совершенно: простейшая детективная история эволюционирует в сложную философско-психологическую драму. В общем, это замечательная иллюстрация старого высказывания: «там, где посредственность заканчивает, гений только начинает».
сурс - потерял
#всякое
