Сегодня в Париже состоится показ мужской коллекции Hermès — последней, созданной под руководством Вероник Нишанян. Она проработала в бренде 38 лет.

Издание Business of Fashion поговорило с модельером накануне ее финального шоу; собрали главное: 🔹О работе «Когда Жан-Луи Дюма нанял меня, он сказал: "Занимайся своим маленьким бизнесом в рамках большого бизнеса". Это было приятно. Я чувствовала, что у меня есть поддержка бренда, которая вселяла в меня уверенность и смелость. Жан-Луи спросил, хочу ли я использовать свое имя, и я ответила: "Нет, у меня нет проблем с эго"». 🔹Об ощущении возраста «Занимаясь каждые полгода чем-то новым и работая с людьми, которым по 30 лет, я чувствовала себя так же, как и раньше. Старение — это новая сторона жизни, но никто в Hermès не сказал мне: "Тебе нужно остановиться". Я сама приняла это решение». 🔹Об отце «Мой отец любил красивые вещи. У него был свой портной, поэтому и его рубашки, и обувь — все было сделано вручную. Это был хороший урок для меня: иметь немного вещей, но знать, что они самые лучшие, самые красивые». 🔹О мужчинах «Мне никогда не нравились слишком буржуазные мужчины. Мне нравились забавные, немного дерзкие, сексуальные. Я не хотела, чтобы наши клиенты выглядели слишком консервативно, потому что это скучно». 🔹О планах на будущее «Я полностью отхожу от создания коллекций ready-to-wear. Такой стремительный темп работы утомителен, я этого не хочу. Но я продолжу работать над линиями шарфов и кожгалантерии в качестве консультанта». 🔹The Blueprint News

Пару недель назад в моей голове сложился интересный пазл. Если изучать историю стилей хорошо видно, что первая волна моды на русский стиль пришла к нам в середине XIX века. Ей предшествовали вполне конкретные исторические процессы. Волна буржуазных революций, прокатившихся по Европе, запустила два важных механизма. Во-первых, люди, перестав быть подданными и став гражданами, стали искать то, что даст им ощущение общности. Так возникли термины нация и национальное наследие. Люди обратились к своей истории, множество готических соборов в Европе были достроены как раз в XIX веке. Отчасти оттуда же корни у череды стилей, объединенных общим названием историзм - нео-готика, нео-ренессанс, нео-грек. В России этот процесс был еще интереснее. Николай I, прозванный жандармом Европы, был невероятно озабочен падением королевских династий. Одной рукой он отправлял в Европу военную помощь, чтобы сохранить статус кво, а другой - поручил Уварову формирование доктрины самодержавие-православие-народность. Именно политическая воля дала толчок интересу к национальной культуре в XIX веке. Началом этого процесса можно считать реконструкцию Теремного дворца в 1836 году под руководством Федора Солнцева. Его альбом Древности Российского государства созданный «по высочайшему повелению государя императора Николая I» стал отправной точкой для развития русского стиля во второй половине XIX века. Здание Исторического музея, Верхних торговых рядов (ГУМ), работы Ропета и Гартмана - существенная часть архитектуры, которую мы сегодня воспринимаем как традиционно русскую, была интерпретацией воспоминаний о допетровской Руси. Уже позже, когда художники конца XIX века сами поедут в экспедиции на север, когда в стенах Академии художеств будут учиться живописцы из народа, а дворяне и купцы начнут собирать музеи древностей, в России появится авторское прочтение русского стиля - модерн Вашкова, Марфо-Мариинская обитель Щусева, Абрамцево и Талашкино. Сегодня, когда меня спрашивают о моде на русский стиль, я вижу созвучные этому процессы. После периода забвения в XX веке мы как будто заново вспоминаем, о чем это для нас? Сложность в том, что забвение XVII-XVIII веков было только на уровне дворянства, а большая часть народа жила в традиционной культуре. А прошлый век стер и перепрошил сознание намного более качественно. В наши дни у государства есть очень прикладной интерес в возрождении русского стиля (читай самосознания), как следствие вокруг много шума и денег, но значительная часть культуры по госзаказу опирается на клише советского периода русского на экспорт. Интересно, что ускорившиеся процессы XXI века помогают формировать запрос на культуру не только сверху, но и снизу. И блог вашей покорной слуги тому в пример. Если опираться на опыт вековой давности, то можно предположить, как будет развиваться русский стиль за чертой интерпретаций. Опора на традиционные мотивы + новые технологии + авторский взгляд художников и архитекторов. Пока это похоже на прото-бульон, в котором варится все сразу: и хорошие примеры и плохие, и подражание и переосмысление. Но совершенно точно это к чему-то приведет. Остается только наблюдать и идти за тем, чему откликается твоя душа❤️

Поль Кавруа, текстильный король, увидел на Парижской выставке 1925 года павильон Робера Малле-Стивенса и понял: это тот, кто построит будущее для его семьи с 7 детьми. Заказчику нужен был рациональный комфорт. В 1932 году, когда Европа колебалась между ар деко и функционализмом, Малле-Стивенс  построил гибрид: модернизм, который не стыдится роскоши.  Отсюда — водное зеркало перед домом, башня-бельведер, мрамор и дерево в отделке. Отсюда же — бытовые подробности, которые сегодня выглядят почти трогательно: встроенная радиосвязь для огромной семьи, барометр в ванной или холодильник для цветов. Главная ванная — почти 50 метров. А на улице — 27-метровый бассейн, словно черта, проведённая по линейке. Вилла попала прямо в нерв своего времени — эпохи, когда европейская буржуазия мечтала не о бархате, а о контроле над пространством, временем и собственной жизнью. Это была серия видео «Об архитектуре за 60 секунд». Всегда в понедельник. #архитектура #архитектор

P.S. Хотели ещё какой-то стих написать, но ничего в голову не пришло... #БрендингНаГрани #нейминг #юмор #каламбур #дизайн #играслов #логотип #буржуазия #ресторан